nbsp; В первой части этих заметок мы говорили о том, что принятый в США «закон Магнитского» разрушает кадровые основы путинской вертикали. Во второй части речь шла об уроне, который потерпит наша страна в результате ответных мер, придуманных Кремлем. Часть третья была посвящена доказательствам преступности запрета на усыновление наших детей приемными родителями из США. В этой части, четвертой и последней, я намерен показать с помощью доступных для каждого источников, что не только эмоциональным вдохновителем, но и расчетливым организатором всей этой кампании является В.В. Путин, который готов пожертвовать всем ради сохранения неограниченной личной власти.
Високосный 2012 год завершается для России скверно.
Юрист Сергей Магнитский погиб три года тому назад. Его дело приобрело огромный международный резонанс, однако оно до сих пор не расследовано даже вчерне. «Если оставили человека без помощи, тем более в государственном учреждении, то это, конечно, нужно выяснять, что там произошло», — согласился Путин. Сказал бы он это три года тому назад — понятно. Но сейчас, после всего, что произошло!
На запросы международных и отечественных организаций есть один ответ: ищем. Это тем более поразительно, что беда случилась не в темном переулке, а в тюрьме. Где каждое движение каждого должностного лица строго документировано. В месте, где узник не мог себе позволить ни малейшего своевольства, поскольку он, в прямом смысле слова, за себя не отвечает. Всю ответственность за его здоровье и жизнь с момента ареста несут представители государства, лишившего его свободы.
Трагедией С. Магнитского занимались в разное время два президента, два заместителя премьер-министра, министр иностранных дел и два министра внутренних дел России. Им живо интересовались два премьер-министра и три министра иностранных дел Великобритании. Любопытствующих депутатов и сенаторов было несчетное количество. Вразумительного ответа не получил никто. «Список Кардина» появился в апреле 2011 года. Американский сенатор Б. Кардин включил в него тех должностных лиц, которые, по мнению ряда международных экспертов, принимали личное участие в незаконном преследовании и лишении жизни С. Магнитского. Инициативу поддержал ряд политиков в США и Европе. В Москве почувствовали угрозу, но оценили её небрежно и избрали неверные способы её устранения. За океан зачастили высокие лица с несомненной близостью лично к В. Путину. В основу своих усилий они положили принципы кулуарного обсуждения, когда обмен посулами и угрозами предельно откровенен, идет с глазу на глаз, а все моральные сентенции, которые мешают крутому торгу, отодвигаются к краешку переговорного стола.
Послание из Москвы было таким: оставьте в покое «дело Магнитского». Говорите, пишите, проклинайте, но воздержитесь от публичных запретительных мер против российских правительственных чиновников. Мы охотно и далеко пойдем вам навстречу в самых разных областях сотрудничества, если вы прислушаетесь к нашим озабоченностям. Для таких заверений у нас есть самые высокие полномочия. Но и ответ наш будет жестким, если вы отвергнете протянутую руку. Решайте сами, что для вас ценнее: раздувать несчастный случай с человеком, которого уже не вернешь, или пустить под откос отношения между двумя ядерными сверхдержавами.
К числу тех, кто донёс путинские думы до заокеанской стороны, был вдумчивый и тактичный сенатор М. Маргелов. Такт не сработал, сенатор вернулся без утешительного ответа. Тогда в Вашингтон отправился гибкий, улыбчивый, неколючий В. Сурков, близость которого к В. Путину считалась очевидной. К тому же Сурков был сопредседателем российско-американской правительственной комиссии и горько намекнул, что «дело Магнитского» эту комиссию загубит. Намек не сработал. Спустя какое-то время на Капитолийский холм приземлилась делегация из Думы. Это вылилось в жуткое мероприятие. Американцы смотрели на гостей оторопело. Те привезли с собою какие-то плакаты про узников Абу-Грейб и Гуантанамо – изможденных и в кандалах. То, что вызывает ленивый интерес в Нижнем Тагиле, отозвалось издевательским смехом в Вашингтоне. Угрозы наших народных избранников лишь потешали конгрессменов. Думцы вернулись в Москву с чувством законной ненависти к буржуазной демократии.
До самого последнего дня урезонить американцев пыталось посольство РФ в Вашингтоне. Но они опоздали. Проблема Магнитского выпорхнула из клетки здорового дипломатического цинизма и обрела открытый гражданский характер. Общественное мнение, которое в России является игнорируемой величиной, в Америке определило реакцию государственных институтов и, в конечном счете, подпись президента под «Актом Магнитского». Впрочем, до последнего голосования предотвратить опасное развитие можно было полным и открытым расследованием обстоятельств заключения и смерти С. Магнитского в самой России.
( Read more... )![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif){kind=small}
masterok . Севернее Саны лежит красивый массив из двух гор Саххар (2306 м) и Мафлук (2215 м), а вокруг - зеленые земли Вади-Ваар, славящиеся своим мягким субтропическим климатом. Здесь же находится одна из главных достопримечательностей северной части страны - деревня-крепость Шихара, расположенная на вершине горы высотой 2160 метров и потому практически неприступная. За свою длинную историю это место было и штабом сил сопротивления туркам в течение XVI-XVII столетий, и штабом роялистов в ходе гражданской войны.
С удивлением узнала, пишет 
Депутату Андрею Луговому.
.
