Данила Антоновский «Московские новости».
"Недавно я имел спор с одной девушкой. Спорили, разумеется, о судьбах России. Я пребывал в несколько меланхоличном настроении, а потому утверждал, что страна наша глубоко провинциальна, вторична и не дала миру ничего, кроме редких всполохов таланта, которые, впрочем, тут же и потонули в первобытной ее темноте. Девушка же, наоборот, говорила, что Россия не так уж и плоха и кое-что западные страны могли бы у нее перенять.
—Что, например? — спросил я.
—Например, центральное отопление.
Тут я несколько потерялся, потому что люди, занимающие великорусскую позицию, обычно используют другие аргументы. Те, кто попроще, спрашивают: «А как же Пушкин и Чайковский?» Те, кто посложнее, вспоминают академика Сахарова или на худой конец изобретателя телевизора Зворыкина. Но никто и никогда не превозносит как достижение России систему центрального отопления.
Казалось бы, отличная вещь. У целой страны по трубам бежит горячая вода, которая подается в неограниченном количестве и стоит сущие копейки. Но если вы вдумаетесь, то поймете, что внедрение центрального отопления — это худшее, что случилось с Россией в XX веке, не считая, разумеется, войн, революций и репрессий. Центральное отопление — это цепь, на которую посажен русский народ. Это то, что не дает прорасти зачаткам гражданского общества и сводит на нет любые попытки цивилизованных преобразований. Объясню.
В основе всех западных достижений лежит протестантская этика, подразумевающая личную ответственность человека за все, что с ним происходит. Западный человек с детских лет приучен к тому простому факту, что он сам является причиной и решением большинства своих проблем. В школах у него стимулируют способность к самостоятельному мышлению, в колледже он сам бегает за профессорами, чтобы получить список литературы, в офисе он не ждет указаний по любому поводу, а сам решает, как и что делать в рамках отпущенных ему полномочий. И такое сознание определяет быт.
С самого детства западный человек встает перед необходимостью принимать множество мелких бытовых решений, которые напрямую влияют на его жизнь. Он решает, сколько комнат натопить, когда и с какой силой. Казалось бы — топи все, но ведь в гостевую комнату он заходит редко, так зачем тратить лишние деньги? Он решает, сколько времени провести в душе, потому что если он там задержится, то горячей воды не останется другим членам семьи. Можно, конечно, поставить нагревательный котел большего размера, но тогда будет уходить больше денег.
Эти логические цепочки, протянутые между бытовыми явлениями, формируют определенный тип сознания. Если угодно, они формируют гражданское общество. Я отапливаю комнату, думает европеец или американец, следовательно, плачу за
( Read more... )




