al391

Объявившийся для дальнейшей жизни

palich_ru, долго пропадавший в брянских, типа, лесах, во время своих долгих и мучительных плутаний сочинял. как оказалась, стихи (записывая, чаще всего, их на манжетах)....
В знак радости обретения старого своего друга, решил я увековечить версификационные эти усилия нашего Палыча - в своём, панимешь, журнале. Итак, внимайте:

1. Я на кольцах могу повиснуть,
Пёрднуть,свистнуть и дёрнуть ногой.
Я - паролимпиец не телом,
А больной шизонутой душой.

2. Я сошью себе трусы
И вышью крестиком "Госстрах".
Хорошо прикрывши стыд,
Жить в моднючейших трусах!

3. Слыхали,Сара умерла от рака?
О,Боже мой,какая проза!
Ведь вся Одесса знала,
Что раком была её излюбленная поза!

4.Я в бассене с вышки прыгну
Без разбега жопой вниз.
Если нет воды в бассейне,
Вместо золотой медали,
Будет в морге эпикриз.

5.Я хочу быть хорошим
И не хочу быть плохим.
Бог наградил племяшкой Алёшей,
Который мне нахамил.
Он-графоман и это - наша семейная боль.
Это ещё терпимо,если бы не алккоголь.

И так далее... Переходим к рукоплесканиям...

З.Ы. Экспертная оценка творчества Палыча: целостный (и я даже бы сказал, системный) литературоведческий анализ творчества Палыча (включая как семантико-контекстуальный, так и структурно-стиховедческий его уровни), позволяет нам утверждать, что графоманство - не что иное, как неизбывная традиция всего семьи Палыча. Что - скажем со всей определенностью - многое нам объясняет в творчестве поэта, как и его духовных связях с племянником Алешей (мы   здесь останавливаемсчя только на этом уровне проблемы)... Так же достаточно понятна чиста русская страсть Палыча к    алкоголю (что уж тут разводить турусы на колесах...просто фиксируем незыблемую родовую связь всей жизнедеятельности Поэта с   извечными архетипами русской нашей, панимешь, истории).

Но вот, то, что почти во всех стихотворениях Палыча не менее двух раз автор упоминает свою "жопу" (сиречь, "задницу" и т.п.), наталкивает нас на важнейший эпистемологическо/гинекологический контекст творчества нашего пенсионера Палыча... Становится понятнее, на какие шиши (по русску - заработки) наш великий графоман так регулярно закупает себе спиртное...хе-хе, извините.
Добавим, кончая на творчество Палыча, что типичным размером для нашего поэта выступает "дольник", стихотворный размер, характерный в русской классической поэзии, например, для Есенина, Цветаевой (известных, заметим, "параолимпийцах", нашего поэтического Парнаса)...    Данное обстоятельство   позволяет нам включить Палыча именно в эту обойму русских классиков Серебряного века... В самом деле, если положить руку на одно место, то стих Палыча более всего напоминает нам дольник Есенина... Что позволяет обратить внимание широкой публики на некий, достаточно туманно поданный в стихах Палыча, контекст: Есенин, как известно, был (ещё раз извините) интимно близкий друг другого крестьянского поэта, Н. Клюева. Сказанное ставит перед исследователями творчества Палыча увлекательнейшую задачу - кто же был такого рода дружком самого Палыча? Уж не племянник ли Алёша?.....Закрываем - до поры до времени - занавес над этим вопросом...
Нашу гипотезу о стиховедческой природе стиха Палыча ( как и о контекстуальных его глубинах) подтверждает и анализ рифмы поэта. Коротко говоря, рифменное словообразие творчества Палыча позволяет нам - с достаточным основанием - отнести эту грань его версификаторского таланта к так называемым "неточным рифмам" (часто сочетающимися с "нетождественной строфикой" поэта), что в целом весьма характерно для, так называемой, в истории советской поэзии, "новокрестьянской поэзии"... Неужели его племянник Алеша - ещё, к тому же, и пейзанин?
Данное предположение порождает следующую увлекательнейшую гипотезу: возможно в своих мучительных скитаниях по брянским, панимаешь, лесам наш Палыч - все же - был не один?. Вполне вероятно, что именно наличие некоего спутника и объясняет нам то обстоятельство, что - как он сам признается - у него после этого путешествия "отвалились аж обе ноги"....
Беда только в том, что наш достаточно консервативный "Госстрах" не признает выявленные нами излишки половой страсти поэта правовым основанием для получения дополнительной страховой премии... Это также некая загадка всей нашей российской жизни: как известно, руководителями российского ОАО "Росгосстрах" (о котором так часто пишет Палыч) являются известные наши русские финансисты Рубен Варданян да Даниил Хачатурян...
Возможно данные строки поэта - это некий укор нашим страховщикам, напоминание им о известиных архетипах армянской половой жизни... Что же, в конце концов хотел сказать этими строками Палыч: просто ли найти возможность перейти к более близкому контакту с уважаемым Рубеном Карленовичем и Даниилом Карапетяновичем, либо это попытка найти возможности для порождения нового вида страхования жизнедеятельности для   россиянин этой обоймы - пока нам неизвестно....
Хотя... некую завесу здесь   открывает весьма удивительная коннотация поэтического образа Алеши ( он уже Палычу - "нахамил"!). Что это? Мелкие бытовые расхождения с былым дружком? Либо это некий тонкий намёк вышеупомянутым нашим "армяно-денежным коллегам" о том, что поэт находится в поисках новых душевно-травматических приключений? Нам это (пока?) неизвестно... Стремление не лезть в личную жизнь нашего Палыча заставляет нас поставить знак умолчания перед тайнами интимно-поэтической жизни нашего великого современника...