al391

Что привело в Новое время ряд передовых стран Запада к процветанию? Около 500 лет назад в Западной Европе произошли отмена крепостничества и утверждение личной свободы граждан, разрушение соседской общины и образование свободных городов, протестантская этика, Хартия вольностей, беспрепятственный обмен идеями и т. д. Верховенство закона, гарантии прав собственности, относительно свободные рынки и социальная мобильность значительно уменьшая риски инвестиций и предпринимательской активности, резко повысили для активных людей стимулы к занятиям экономической деятельностью, а не грабежами и молитвами. Промышленная революция началась именно в Англии, где эти условиях были максимально выполнены – тем более, что удорожание рабочей силы в связи с значительной эмиграцией в Америку заставлял задуматься над трудосберегающими технологиями, стимулирующими развитие технического прогресса.

Отметим и тот факт, что до XVII века в том же Китае уровень технологий и развитие потребления в принципе не уступал европейскому уровню, однако - по ряду обстоятельств (обычно здесь в первую очередь называют изоляционизм власти) Китай стал резко отставать в техническом развитии от Запада. Но в этом отставании сыграло значительную роль и наличие низкого доходного неравенства в азиатских странах. Дело в том, что если фактический уровень неравенства в азиатских странах превышал критический, население просто переставало увеличиваться или даже сокращалось. А когда богатство и мощь страны определялись главным образом численностью населения и армии, это чаще всего означало поражение в будущей войне. Отсюда и вековечные механизмы «мальтузианского» развития - коллективистские институты (прежде всего община), как и такого государства, где ведущую роль играли «азиатские ценности» — приоритеты интересов коллектива над интересами индивидуума. Только так – в условиях постоянных азиатско-кочевнических войн – можно было обеспечить высокий демографический рост населения, большую армию, сохранность государства.

Но относительное равенство основной массы населения (низкое доходное неравенство) означало низкую норму сбережений, что, как отмечают исследователи проблемы, создавало порочный круг: низкие сбережения и инвестиции > не повышающаяся капиталовооруженность > не растущая производительность труда > низкая норма накопления. И даже если производительность труда по какой-то причине и возрастала, вступал в силу другой механизм: ускорение роста населения при повышении уровня жизни, "съедавшее" данное повышение ВНП.
Отметим, что известные ещё с времен античности попытки разрушения традиционных институтов и приоритетная защита интересов индивидуума (а не общины) вели к росту доходного неравенства, что позволяло увеличить сбережения, инвестиции, производительность труда, но лишь ценой поляризации общества и замедления роста и даже сокращения населения — основы могущества наций в мальтузианском режиме роста. Сказанное и приводило подобные «эксперименты» (в Древней Греции и Риме) к поражению этих стран в войнах с более примитивными, но и более приверженными «азиатским» ценностям захватчиками. Чтобы такой подход победил, необходимо было 200-300 лет спокойных институциональных перемен в стране (ведущих к росту неравенства и крайней бедности) не сопровождались внешними захватами, внутренними (победными) бунтами обездоленных – и такая возможность у ряда государств Европы появилась только в XVI-XVIII вв.

Сумеет ли Россия пройти такой период (хотя бы столетний) без внутренних потрясений и внешних захватов? Что должно привести к новому качеству экономики, социальных институтов и жизни населения. Но жертвами здесь - необходимо - станут десятки миллионов «недоживших» жителей до этого состояния россиян. Хватит ли политической воли у власти для этого (удержания условий высокого доходного неравенства для создания необходимых совокупно-общественных богатств, инвестиций) у правящего класса? Наблюдая массовое национальное сопротивление происходящему, задаешься вопросом - какова причина того, что мы никак не можем перейти некий рубеж социализации – пусть весьма жесткий, но только и обеспечивающий новое качество нашей общественной жизни? Привычное «самодержавие» (но ведь только оно и сможет обеспечить политическую составляющую этого скачка), толоконное наше православие (которое, по сути «дремучее» самой консервативной нашей власти), либо вековечное российское полурабское сознание? Думаю причины здесь можно назвать не в их порядке 1;2;3, а, наоборот – 3:2:1.