Оригинал взят у
otevalm в Чувствуем одно, говорим другое, делаем третье...
Я думаю, все наши проблемы и кризисы от того, что мы живем ненастоящими. Создаем о себе образ, а потом сами начинаем в него верить. Срастаемся с масками настолько, что не различаем свой истинный, глубокий голос.
Не говорите, что вы живете без масок. Они есть у всех – персона, как часть психики, для внешнего мира. Персона нужна, хороша, оправданна – она помогает адаптироваться к окружающей среде. Защиты опять же психологические: чтоб кто ненароком на границы не наступил и в самый центр личности не ударил.
Но, как и во всем остальном, есть побочный эффект. Непрекращающийся внутриличностный конфликт. Раздрай и разобранность: внутренние побуждения одни, внешние отражения совсем иные. Из этого вытекает непонимание того, кто я и зачем я. В чем я? Какой я?
Полагаю, что природа всех кризисов личности в этом – самость настойчиво дает о себе знать. “Ты живешь не тем, кем являешься”.
Чувствуем одно, говорим другое, делаем третье. Нет целостности.
Бессознательное, которое хранит все наши страхи, придумывает прекрасное оправдание, почему мы не проявляем себя. “Счастье молчаливо”, – скажет один. “Инициатива наказуема”, – заметит другой.

Тысяча причин и убеждений НЕ ВЫРАЖАТЬ себя.
Странно, но правильным считается быть пластмассовыми. Обрезать, усечь свои чувства, эмоции. Сделать их удобными, управляемыми. Люди, которые чудесным образом сохранили в себе способность оставаться живыми, вынуждены опрадываться за это: “Можно я буду жить, а не изображать жизнь?”.
Парадокс в том, что сами, запрещая себе быть настоящими в каждый момент времени, мы любим искренность и открытость. И доверяем ей. Даже если на уровне неосознанных страхов, из которых растет осуждение, мы повесим ярлыки, то за помощью и поддержкой все равно обратимся к тому, кто чувствует.
Потому что никогда не знаешь, что спрятано за красивым фасадом
Лилия Ахремчик

Я думаю, все наши проблемы и кризисы от того, что мы живем ненастоящими. Создаем о себе образ, а потом сами начинаем в него верить. Срастаемся с масками настолько, что не различаем свой истинный, глубокий голос.
Не говорите, что вы живете без масок. Они есть у всех – персона, как часть психики, для внешнего мира. Персона нужна, хороша, оправданна – она помогает адаптироваться к окружающей среде. Защиты опять же психологические: чтоб кто ненароком на границы не наступил и в самый центр личности не ударил.
Но, как и во всем остальном, есть побочный эффект. Непрекращающийся внутриличностный конфликт. Раздрай и разобранность: внутренние побуждения одни, внешние отражения совсем иные. Из этого вытекает непонимание того, кто я и зачем я. В чем я? Какой я?
Полагаю, что природа всех кризисов личности в этом – самость настойчиво дает о себе знать. “Ты живешь не тем, кем являешься”.
Чувствуем одно, говорим другое, делаем третье. Нет целостности.
Бессознательное, которое хранит все наши страхи, придумывает прекрасное оправдание, почему мы не проявляем себя. “Счастье молчаливо”, – скажет один. “Инициатива наказуема”, – заметит другой.

Тысяча причин и убеждений НЕ ВЫРАЖАТЬ себя.
Странно, но правильным считается быть пластмассовыми. Обрезать, усечь свои чувства, эмоции. Сделать их удобными, управляемыми. Люди, которые чудесным образом сохранили в себе способность оставаться живыми, вынуждены опрадываться за это: “Можно я буду жить, а не изображать жизнь?”.
Парадокс в том, что сами, запрещая себе быть настоящими в каждый момент времени, мы любим искренность и открытость. И доверяем ей. Даже если на уровне неосознанных страхов, из которых растет осуждение, мы повесим ярлыки, то за помощью и поддержкой все равно обратимся к тому, кто чувствует.
Потому что никогда не знаешь, что спрятано за красивым фасадом
Лилия Ахремчик