Главная проблема силовиков: они вынуждены "формировать дела", которые от них требует власть, а власть за это закрывает глаза на их "шалости"(экс-ген.-лейтенвнт ФСБ А.Кандауров)
Сейчас следствие по уголовным делам в России могут вести три ведомства:
Следственный комитет РФ ведет дела по убийствам, изнасилованиям, похищениям человека, преступлениями должностных лиц, потяжким делам несовершенноголетних или в их отношении,
Следственный департамент МВД - по причинению вреда здоровью, преступлениям против собственности, преступлениям в экономике и незаконном обороте наркотиков.
Следственное управление ФСБ - по гос.измене и шпионажу, терроризму, захвату заложников,
Обычно расследование начинается по месту совершения преступления — в управлениях по субъектам, военным округам, на транспорте и так далее, но особо важные дела могут быть направлены в головные структуры. Территориальная подследственность рождает иногда комичные ситуации, когда оперативники переносят обнаруженные тела убитых на территорию соседнего отдела.
Споры о подследственности уголовки разрешает прокурор.Долгие годы идут разговоры о создании единого следственного органа, но пока собрать всех следователей под одной крышей не удалось. Объединение — не единственная обсуждаемая реформа. Претензий к институту следствия в России накопилось достаточно.
«Главная проблема российского следствия — сам факт его существования. Это уникальная постсоветская институция, образующая прокладку между полицейскими и прокуратурой. В социалистических странах сформировался отдельный институт следствия, который с одной стороны работает как полиция, участвует в сборе доказательств, а с другой — выступает ближе к прокурорской роли, потому что формирует уголовное дело, которое в результате отправится в суд», — говорит научный сотрудник Института проблем правоприменения К. Титаев.
По его словам, почти во всем остальном мире прокурор, ознакомившись с делом, которое предоставили ему полицейские, может прекратить его за малозначительностью. Полиция, когда ищет преступника, не обладает должной юридической квалификацией, а прокурор там — это первый юрист «прото-судья». В России же, кроме «прото-судьи» прокурора, появился еще «прото-судья» следователь. В результате сложилась патологическая ситуация, при которой следственная работа стала подменять судебную. По статистике, следователь, предъявляя человеку обвинение, признает свою ошибку лишь в одном случае из 200.
Акция «Оккупай СК» в поддержку арестованных по делу «Болотной площади» в Москве, 2012 год. Фото: ИТАР-ТАСС/ Митя Алешковский
Тесная связка между полицией и следствием
Помимо ненужного объединения следственных и судебных функций, критику экспертов вызывает и другая связка — следствия и полиции. Наличие функций и розыска, и следствия у одного ведомства привело к сращиванию этих полномочий. Оперативники и следователи заинтересованы в возбуждении и направлении в суд как можно большего числа уголовных дел и зачастую работают вместе ради повышения статистики раскрытых дел. Объединение следственных органов в один изменило бы систему, распределив функции розыска и расследования по разным ведомствам.
Другое возможное решение проблемы — принять поправки, согласно которым показания, данные в суде, превалировали бы над данными в ходе допросов: доказательственная база нередко строится на признательных показаниях обвиняемых, которые могут «выбиваться».
Архаичный бумажный документооборотПроблема в организации следственной работы — избыточность документов, которые собирает следователь, и их формализация. Уголовные дела по самым простым преступлениям включают в себя огромное количество сопроводительной документации. Все документы копируются и визируются у руководителей по нескольку раз. Меньшая формализация следственной работы могла бы разгрузить следствие и дала бы возможность следователю относиться к своей работе более внимательно.
Фото: Минкомсвязь России
Зависимость от властей и отсутствие контроля со стороны граждан
«Нужно реформировать власть, а потом следствие. Нужны честные люди. Пока в России эта власть, никакие реформы следствия не помогут. Суд зависим, следствие зависимо, а значит, ни о каком следовании букве закона говорить не приходится», — считает генерал-лейтенант ФСБ в отставке Алексей КондауровТребование усилить контроль общества, гражданских и правозащитных структур над следственными органами звучит все чаще. Во многих западных странах проводятся выборы прокурора и шерифа, в России пока о такой практике речи не идёт.
Коррумпированность
Высокопоставленные сотрудники СК в июле стали фигурантами скандального дела о взятках. Обвинения были предъявлены руководителю управления межведомственного взаимодействия и собственной безопасности СКР Михаилу Максименко, его заместителю Александру Ламонову и замруководителя Главного следственного управления по Москве Денису Никандрову. По одной из версий, именно этот скандал стал причиной отставки Бастрыкина.
Но, по мнению Кондаурова, уголовное дело — «только видимая часть айсберга», а масштаб коррупции в ведомствах огромен. «Все сгнило. Будучи зависимыми от власти, они выполняют команды власти, когда нужно кого-то посадить, изолировать кого-то неугодного. А власть, в свою очередь, закрывает глаза на их шалости», — полагает он.
После новости о возможной отставке Бастрыкина стали появляться догадки о кандидатах на пост главы СК. По данным источников Forbes, комитет может возглавить либо зампредседателя СКР генерал-майор юстиции Игорь Краснов, либо начальник контрольного управления президента Константин Чуйченко. Собеседники РБК называют также возможным преемником действующего губернатора Петербурга Георгия Полтавченко. Другое предположение — в СК может перейти глава следственного департамента МВД Александр Савенков.
Источник