Тема: Кашин, Якеменко и молчание прессы
Apr. 2nd, 2011 10:39 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
al391
Скандалы последних недель вокруг личности Василия Якеменко не только не утихли, но наоборот, усилились: вместо осторожных намеков и запросов в прокуратуру с просьбой о дальнейшем расследовании в ход пошли прямые обвинения. В итоге, глава Росмолодежи В. Якеменко через своего пресс-секретаря заявил, что подает в суд на Олега Кашина по 129-ой статье Уголовного кодекса ("Клевета"). Утверждается, что вина журналиста Кашина в том, что он, отбросив обычные журналистские подстраховки (вроде слов "возможно" и "вероятно") заявил, что лично он (Олег Кашин) не сомневается в том, что именно глава Федерального агентства по делам молодежи был заказчиком его избиения, и только лишь из-за высокого положения чиновника и его близости к Кремлю СКП не может объявить о раскрытии дела.
Долгая история личных взаимоотношений между Кашиным и Якеменко зеркально отражала отношения журналиста и власти. Вначале Кашин симпатизировал нацболам и оранжевой революции, потом стал ярым государственником, чтобы под конец начать обвинять Администрацию президента во всех смертных грехах. Соответственно, сначала Олег Кашин вместе с Ильей Яшиным тайком пробирался на учредительный съезд движения "Наши", потом защищал "Наших" от нападок либералов, работал в газете "Ре:акция" (хотя, кто там только не работал) и ездил на Селигер, а сегодня выступает с призывом к медийному бойкоту "Наших" и Росмолодежи.
Сразу после зверского избиения Кашина, в ноябре 2010 года, его друзья выдвинули несколько версий произошедшего: журналиста избил либо Кремль в назидание другим, либо губернатор Псковской области, неаккуратно Кашиным обозванный "сраным", либо виноват пресловутый Василий Якеменко.
Причина предполагаемой ненависти министра к журналисту достойна Хармса. Когда-то Олег Кашин в пылу дискуссии заявил, что Якеменко де переспал с 17-летней активисткой "Наших". Поднялся шум: еще бы, ведь не каждый день можно заглянуть в палатку ВИПа. Хотя никакого преступления в этом не было. По российским законам адюльтер ненаказуем, а сексом заниматься можно уже с 16 лет. Тогда Якеменко на вызов не отреагировал, но обиду якобы затаил, а потом и вовсе "наказал" журналиста.
Абсурдность обвинения тогда никого не смутила, в состоянии аффекта можно многого наговорить, а то, что Якеменко для многих - это любимая болячка, которую из мазохистского удовлетворения тщательно расчесывают, было очевидно уже давно. Благо, никаких новых (да и вообще никаких) доказательств вины Якеменко за это время не появилось.
Другие версии причины нападения на известного журналиста (например, заказ от чьего-нибудь ревнивого мужа или любовника, долги, месть за "слив" информации или заказные публикации) прессой не выдвигались. Вообще, ситуация вокруг избиения Кашина показала масштаб кризиса, постигшего российскую журналистику. Журналисты, включая специалистов по криминальным хроникам, оказались большими доками в области борьбы за свои права и против власти (бесконечные пикеты у прокуратуры, масштабная акция за свободу слова на Пушкинской площади, баннер напротив Кремля), но при этом за четыре месяца так и не вышло ни одного журналистского расследования обстоятельств нападения на коллегу. Постсоветская журналистика знает примеры, когда расследования приводили к серьезным изменениям общественного мнения (вспомнить хотя бы деятельность Алексея Навального, который формально не является журналистом) или даже к смене власти (многолетнее журналистское расследование дела Гонгадзе). Но в прессе стояла мертвая тишина. Лишь иногда прерываемая очередным рассказом Кашина о нападении на него, да неумной шуткой журналиста по поводу "письма 55" и подписавшей его слепой певицы Дианы Гурцкая.
Отсутствие журналистской активности на фоне обещаний пятимесячной давности наводит на крайне неприятные мысли. Либо за последние несколько лет криминальная журналистика в стране так деградировала, либо расследования все-таки были, но их результат не устроил тех, кто привык во всем винить Кремль, Старую площадь или, на худой конец, Газетный переулок. И непонятно какой из этих вариантов хуже.
P.S. А, дело о клевете Василий Якеменко безусловно проиграет. За публикации в блогах в РФ наказывают лишь по 282-ой статье или в Республике Татарстан.
Олег ДАК
Долгая история личных взаимоотношений между Кашиным и Якеменко зеркально отражала отношения журналиста и власти. Вначале Кашин симпатизировал нацболам и оранжевой революции, потом стал ярым государственником, чтобы под конец начать обвинять Администрацию президента во всех смертных грехах. Соответственно, сначала Олег Кашин вместе с Ильей Яшиным тайком пробирался на учредительный съезд движения "Наши", потом защищал "Наших" от нападок либералов, работал в газете "Ре:акция" (хотя, кто там только не работал) и ездил на Селигер, а сегодня выступает с призывом к медийному бойкоту "Наших" и Росмолодежи.
Сразу после зверского избиения Кашина, в ноябре 2010 года, его друзья выдвинули несколько версий произошедшего: журналиста избил либо Кремль в назидание другим, либо губернатор Псковской области, неаккуратно Кашиным обозванный "сраным", либо виноват пресловутый Василий Якеменко.
Причина предполагаемой ненависти министра к журналисту достойна Хармса. Когда-то Олег Кашин в пылу дискуссии заявил, что Якеменко де переспал с 17-летней активисткой "Наших". Поднялся шум: еще бы, ведь не каждый день можно заглянуть в палатку ВИПа. Хотя никакого преступления в этом не было. По российским законам адюльтер ненаказуем, а сексом заниматься можно уже с 16 лет. Тогда Якеменко на вызов не отреагировал, но обиду якобы затаил, а потом и вовсе "наказал" журналиста.
Абсурдность обвинения тогда никого не смутила, в состоянии аффекта можно многого наговорить, а то, что Якеменко для многих - это любимая болячка, которую из мазохистского удовлетворения тщательно расчесывают, было очевидно уже давно. Благо, никаких новых (да и вообще никаких) доказательств вины Якеменко за это время не появилось.
Другие версии причины нападения на известного журналиста (например, заказ от чьего-нибудь ревнивого мужа или любовника, долги, месть за "слив" информации или заказные публикации) прессой не выдвигались. Вообще, ситуация вокруг избиения Кашина показала масштаб кризиса, постигшего российскую журналистику. Журналисты, включая специалистов по криминальным хроникам, оказались большими доками в области борьбы за свои права и против власти (бесконечные пикеты у прокуратуры, масштабная акция за свободу слова на Пушкинской площади, баннер напротив Кремля), но при этом за четыре месяца так и не вышло ни одного журналистского расследования обстоятельств нападения на коллегу. Постсоветская журналистика знает примеры, когда расследования приводили к серьезным изменениям общественного мнения (вспомнить хотя бы деятельность Алексея Навального, который формально не является журналистом) или даже к смене власти (многолетнее журналистское расследование дела Гонгадзе). Но в прессе стояла мертвая тишина. Лишь иногда прерываемая очередным рассказом Кашина о нападении на него, да неумной шуткой журналиста по поводу "письма 55" и подписавшей его слепой певицы Дианы Гурцкая.
Отсутствие журналистской активности на фоне обещаний пятимесячной давности наводит на крайне неприятные мысли. Либо за последние несколько лет криминальная журналистика в стране так деградировала, либо расследования все-таки были, но их результат не устроил тех, кто привык во всем винить Кремль, Старую площадь или, на худой конец, Газетный переулок. И непонятно какой из этих вариантов хуже.
P.S. А, дело о клевете Василий Якеменко безусловно проиграет. За публикации в блогах в РФ наказывают лишь по 282-ой статье или в Республике Татарстан.
Олег ДАК
