al391

Мало кто понимате, что за опрос на «Дожде» наказывают самих зрителей — их отключают от кабелей и, возможно, запретят телеканал вообще. Но это коллективное наказание не случайно: ожесточение, похоже,вызвал не столько сам вопрос, сколько реакция зрителей, И многие возмущались именно этим — что 54% зрителей «Дождя» проголосовали за то, что город нужно было сдать.

Что ж, этот результат голосования — типичная реакция современного человека. Это голосуют мирные люди, обыватели, привыкшие к тому, что всегда лучше договариваться, искать компромисс: они размышляют в категориях мирного времени, и это можно понять и простить — но вот именно этой мирной этики им и не прощают. . Это уже, с точки зрения государства, покушение на его основы.

Жертвы и жестокость — это код правоты и правды. И вся эта история с «Дождем» — это на самом деле история о сострадании и жестокости сегодня, а не 70 лет назад. Вот замминистра Волин говорит на «Коммерсанте», что за такое он «уволил бы сразу всю смену». Так какой-нибудь командир на той войне свои или чужие ошибки «искупал кровью». Принесение жертв — это обязательный ритуал: и вот так ведет себя и ВГТРК в сходном случае — приносит в жертву целую редакцию, в полном составе, безымянных.
«Дождь» никого не увольняет, не находит стрелочника, и вот именно это — неправильное, ненормальное поведение, еще более усиливающее ненависть. «Дождь» тоже ведет себя по законам мирного времени, и его наказывают в том числе и за это — за отсутствие должной жестокости по отношению к своим.

Что делать - война до сих пор является нашей единственной общей этикой, фундаментом и моральной базой. И этот случай — лишь история о том, что никакой другой этики, современной, мирной, у нас не появилось и мы всё продолжаем мерить категориями войны. И тогда конфликт неизбежен. И он будет возникать всегда. Война остается единственной этикой, и возникает иллюзия, что если на эту тему запретить думать или сомневаться, если ее зафиксировать в виде единого учебника или мероприятий, то она еще простоит.

Но вот на каждую такую «войну» как естественная реакция появляется другая — «правдивая» — именно как реакция на официальную версию. В результате мы все воюем за собственные версии войны — за свою войну против чужой. и это нормально....

Но вот просыпается военная государственная идеология и её вмешательство мгновенно превращает любой исторический или этический конфликт в политический, и все сразу становится ясно: что это уже всё не о войне, а просто государство наехало на «Дождь» — из-за освещения майдана или просто потому, что в принципе такого явления, как «Дождь», быть в России не должно. И понятно, что тут опрос был только поводом, не было бы его — нашелся бы другой, и дуть на воду бессмысленно. А дальше все еще проще: политический наезд на «Дождь» вызывает естественную солидарность определенной части общества, нужно обороняться, и нет уже никаких сомнений и никаких спорных моментов. И вот эта простота, собственно, тоже очень печальная вещь.

В целом результат уже достигнут: нет лучшего способа запугать, чем напугать, а потом отпустить. И самая естественная реакция на это — «а давайте вообще не трогать эту тему от греха подальше», самоцензура и психоз, жизнь в ожидании расплаты. Давайте не лезть туда, давайте не лезть сюда — количество сакрального увеличивается, и вот я впервые боюсь об этом писать, и вот это и есть самое ужасное.(см.: http://www.colta.ru/articles/media/1857)