al391

В церковном поле очередной скандал на пустом месте – некую пару прогнали из Данилова монастыря, потому что молодой человек сидел во дворе, положив ногу на ногу (см.: http://vestima.ru/obshhestvo/skandal-v-danilovom-monastyre-monahinia-oskorbila-chyvstva-posetitelei.html).

Вместо того, чтобы объяснить по мирному, стали, как водится, клеймить, потом заполировали тем. что позвали потешных ряженых «казаков», которые окончательно испортили дело.

Как уже говорилось, Церковь в последнее время появляется в общественном пространстве только в одной упряжке со скандалами (погромы, Мефистофель, Тангейзер) и ее послами в обществе, по которым большинство судит о Церкви, являются фрики, казаки и Кураев.

В чем тут главные проблемы?
Их несколько...
Во-первых, элементарное неумение общаться с людьми значительной части представителей церковной среды, убежденной, что «все обязаны чтить…», «все обязаны соблюдать…». Церковная демократия это когда все подчиняются, трепещут, смиряются, не задавая лишних вопросов, хотя с людьми никто не договаривался о том, что их будут смирять все подряд, тем более, что смирение есть дело сугубо добровольное. И если от священника светский человек еще согласится принять увещевание и призыв к смирению и подчинению, то от прихожан, случайных старух и потешных казацких войск вряд ли. И будет прав.

Здесь мы неизбежно сталкиваемся с проблемой «костлявой руки, выталкивающей человека из храма».
На этих «набожных», «намоленных» руках сотни и тысячи погубленных человеческих душ. Большинство людей в сектах и пристанищах контактеров загнаны туда именно этими руками, так как почти невозможно представить себе ситуацию, чтобы человек перед сектой не заглянул в православный храм. Тем более, что храмы повсюду, а секту еще надо найти. Сам наблюдал, как православная ведьма во время евхаристического канона изводила молодую девушку, дергала ее, шипела, тянула за платок всего лишь потому, что последний был красного цвета, а ведьму это раздражало.
Цель была достигнута – девушка в слезах выбежала из храма. Я попытался ее вернуть, но куда там. Где она теперь? А ведьма, судя по всему, там же. Очищает храмы от прихожан. И у нее ничего, просфорка в горле не застревает после очередной погубленной души.

А уж сколько нахлебались наивные дурочки из-за каблуков и красивой одежды.
Они-то по простоте душевной думали, что к Богу в гости надо идти как на праздник, что Он примет всякого в красоте, а оказывается, надо идти в рубище, лаптях, рванине, с колтуном в волосах, как в хитровскую ночлежку. Чтобы за версту было видно – она в церковь пошла, укрепи ее Господь. Или просто шла мимо, тяжело, трудно, безысходно, глядь, стоит церковь. Дай, думает, зайду, как есть, поплачу, поговорю своими словами, Бог ведь примет. Бог то, может, и примет, а вот его ревнители вряд ли. Жалует царь, да не жалует псарь. Особенно интересно это все наблюдать на фоне популярных разговоров о вреде активной, творческой миссии. «Зачем? Господь сам приведет». Вот Он и приводит. А Его гостей спускают с лестницы, затаптывая тот робкий огонек, который только-только возгорелся в их душах и вселяя вместо него отвращение. А ведь «кто сгорел, того не подожжешь». Вернее, поджечь можно, но уйдет на это в тысячу раз больше сил. И хорошо, если найдется тот, кто согласится их потратить.

Нельзя сказать, что в Церкви не видят православных ведьм.
Видят.
Я знаю многие храмы и даже монастыри, в которых их просто выжгли каленым железом. Настоятель одного крупного монастыря рассказывал, что он их просто публично проклинал с амвона. Помогало.
Однако немало и таких настоятелей, которым ведьмы очень полезны. Порядок в храме благодаря им поддерживается сам собой, а то, что люди не ходят, ничего. Зато все свои. Закаленные. Которым что по спине, что по стене, как говорят в народе. А не помогут ведьмы, придут те самые. «Любо!!!» – грудь в чужих крестах, голова в папахе, потому что на мозги похожа, в общем Je suis Kossak a la rus, «смерть мухам и всем старухам», как говорил один дьякон после обильного каждения в храме.

Теперь что касается самого преступления, совершенного на территории монастыря. Для начала о пресловутых платках. Говоря о необходимости их ношения, апостол Павел четко указывает причину, по которой их надо носить: «…и не муж создан для жены, но жена для мужа. Посему жена и должна иметь на голове своей знак власти над нею, для Ангелов». (1 Кор. 11:9-10). То есть платок это знак власти мужа над женой.

Все.
Над незамужней девушкой ничьей власти нет. То есть она может не надевать платок (тем более, если речь идет о ребенке). Платок это знак социального статуса, а не показатель религиозности, знак древнего ритуала, когда по платку на улице отличали замужнюю от незамужней (как у мусульманок на парандже было принято сшивать декоративные рукава после замужества, чтобы на улице понимали статус). И платок, кстати, носился замужней не только в храме. Ну, так давайте поднажмем, обяжем, проконтролируем. Тем более, что что-то такое про православный дресс код уже было.

С позой для сидения все еще сложнее.
Что касается платка, то там хотя бы есть слова апостола Павла, которые берутся за основу отношения к платку.
Что касается позы, то никаких (!) догматических, вероучительных правил на этот счет нет вообще.
Просмотрел десятки православных ресурсов на этот счет. Все сводится к тому, что «нога на ногу это некультурно даже в неправославной среде». Почему? Что здесь некультурного? Как оскорбляет Бога или святыню эта поза? Могут ревнители, наконец, научиться внятно аргументировать свою позицию? Только не надо фантазий на тему «что в этой позе в древности сидели блудницы, готовые на прелюбодеяние». Можно ознакомиться с первоисточником этой интереснейшей подробности? Нет первоисточника?

Тогда это вранье, задача которого укрепить себя в химерических запретах и сохранить свой уютный мирок, в который не принято пускать посторонних. Возвращаясь к позе на скамеечке в монастыре - за пределами храма даже на территории монастыря многие делают то, что не принято делать в храме. Смеются, разговаривают по телефонам, едят. И ничего. Не меркнет звезда утренняя. Разумеется, и в том и в другом случае мы имеем дело с традицией, которая нередко поправляет закон. Но не все традиции требуют безукоризненного соблюдения. Особенно, когда речь идет о тех, кто только приходит в храм. Этой проблемы не было бы, если с этими людьми поговорили бы спокойно. Аккуратно. Объяснили, что и почему (без козаччины), рассказали бы что-нибудь. Постарались бы не соответствовать ожиданиям. И все было бы, уверен, прекрасно. Глядишь, еще пара прихожан бы появилась в храме. А теперь они стали рассадником очередных истерик. Распишитесь в получении.

В целом же на данном примере мы имеем дело с очень серьезным, трагическим явлением. «Православный талмудизм», выражающийся в экспоненциальном росте запретов, предписаний, грехов – знак неуверенности церковного круга перед лицом этого мира, боязни, желании превратить Церковь в блиндаж и палить из него во все стороны по приближающемуся врагу. Это признак серьезных потрясений в будущем. Египет на исходе своего существования встал на путь бесконечного отгораживания от губительных, усиливающихся ветров античности. Если сначала египетские храмы имели одно кольцо стен, то в поздних храмах их четыре-пять. Скорлупа традиций, предписаний, запретов становилась все толще, в конце концов ее стало невозможно пробить изнутри, чтобы выйти. А расколоть снаружи оказалось легко. И он пал. Здесь то же самое.

Скорлупа все толще. Высота каблуков + косметика + длина рукавов и юбок + цвет и фасон одежды + манеры + маскарадные казаки, сквозь которых нужно пройти + ведьмы, которых не обойти + «речи темные, неудобь вразумительные» в текстах и проповедях + всегда занятой, на бегу священник + туча историй в интернете = «а ну вас всех с вашим православным палеолитом. Спасемся как-нибудь сами».

Хорошо бы сейчас из этой истории сделали бы какой-нибудь вывод. Но это вряд ли.

Отсюда